![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Окончание (пока) истории с Оберлином и пекарней. После того, как присяжные вломили им 11 миллионов, администрация разразилась письмом, в котором утверждала, что присяжные игнорировали ясные свидетельства правоты Оберлина, которые всего лишь защищали свободу слова (после того, как присяжные уже признали, что это не так) и вообще пыталась выставить их тупицами, непонятно за что наехавшими на бедный колледж.
Это можно было бы счесть маханием кулаками после драки, если бы не один нюанс - драка-то ещё не закончилась! Остался ещё второй этап - punitive damages, т.е. наказание за плохое поведение (это отдельно от компенсации ущерба). На этом этапе особенно важно, осознал ли провинившийся свою вину - если осознал и раскаялся, пропишут меньше, если упорствует - пропишут больше, до двойной суммы ущерба, чтоб неповадно.
В этом случае злить присяжных, рассказывая им, что они нифига не понимают, особенно опасно. Но либералы Оберлина просто не могли удержаться от того, чтобы не поучать с умным видом смердов - они всю жизнь этим занимаются, что ж, из за какого-то десятка миллионов прекращать? Мало того, в качестве аргумента против назначения им punitive damages, они стали жаловаться на бедность - притом что у них endowment в миллиард и плата за обучение в 70К+ в год, а президент колледжа получает больше полумиллиона. Но они, дескать, не всех берут с такой платой, многих субсидируют и вообще у них бюджетные проблемы, т.к. они очень много тратят, пожалейте сиротинушку. Если нам придётся платить, это ударит по бедным студентам (заметим, по администраторам с шестизначными зарплатами это нихрена не ударит, никому из фигурантов дела ни копеечки не срежут, уверен, что бы ни случилось), пожалейте их!
Результат такого комбинированного двойного удара был предсказуем: присяжные впаяли им максимум возможного:
Oberlin College hit with maximum PUNITIVE DAMAGES (capped at $22 million by law) in Gibson’s Bakery case
Ручаюсь, что администрация колледжа так и не поняла, за что им такое прилетело и что они делали неправильно.
Это можно было бы счесть маханием кулаками после драки, если бы не один нюанс - драка-то ещё не закончилась! Остался ещё второй этап - punitive damages, т.е. наказание за плохое поведение (это отдельно от компенсации ущерба). На этом этапе особенно важно, осознал ли провинившийся свою вину - если осознал и раскаялся, пропишут меньше, если упорствует - пропишут больше, до двойной суммы ущерба, чтоб неповадно.
В этом случае злить присяжных, рассказывая им, что они нифига не понимают, особенно опасно. Но либералы Оберлина просто не могли удержаться от того, чтобы не поучать с умным видом смердов - они всю жизнь этим занимаются, что ж, из за какого-то десятка миллионов прекращать? Мало того, в качестве аргумента против назначения им punitive damages, они стали жаловаться на бедность - притом что у них endowment в миллиард и плата за обучение в 70К+ в год, а президент колледжа получает больше полумиллиона. Но они, дескать, не всех берут с такой платой, многих субсидируют и вообще у них бюджетные проблемы, т.к. они очень много тратят, пожалейте сиротинушку. Если нам придётся платить, это ударит по бедным студентам (заметим, по администраторам с шестизначными зарплатами это нихрена не ударит, никому из фигурантов дела ни копеечки не срежут, уверен, что бы ни случилось), пожалейте их!
Результат такого комбинированного двойного удара был предсказуем: присяжные впаяли им максимум возможного:
Oberlin College hit with maximum PUNITIVE DAMAGES (capped at $22 million by law) in Gibson’s Bakery case
Ручаюсь, что администрация колледжа так и не поняла, за что им такое прилетело и что они делали неправильно.
Tags: