люди умерли за идею. что безусловно достойно уважения.
Почему?
То есть практически я понимаю, зачем - если мы будем поощрять людей, которые борются за нашу идею 'до конца', то, вероятно, желающих станет больше и наша идея станет крепче. Но вне контекста пользы - почему?
Почему?
То есть практически я понимаю, зачем - если мы будем поощрять людей, которые борются за нашу идею 'до конца', то, вероятно, желающих станет больше и наша идея станет крепче. Но вне контекста пользы - почему?
утюжишь потихоньку?
потому что ситуация, когда у человека есть что-то, что он ценит больше собственной жизни нетривиальна. умение выбрать между собственной шкурой и чем-то еще доступно не всем.
при этом за что умирает человек, уже не так важно. если конечно его целью не является унести с собой как можно больше тех, кто его идею не разделяет.
но все же. с этой оговоркой, не суть важно, за что гибнет человек. за друга, за близких, за родину, за религию... важно то, что во имя некоей идеи, пусть даже глупой и ошибочной в твоих глазах, он сумел подняться над собой и совершить ради нее САМОпожертвование.
извини, если невнятно.
Re: утюжишь потихоньку?
Допустим. Умение ходить на руках тоже доступно не всем, однако часто ты слышишь: "он умеет ходить на руках - одно это достойно уважения!"? :)
он сумел подняться над собой и совершить ради нее САМОпожертвование.
Ну, сумел. Или его сумели, что бывает чаще. Почему за это надо обязательно уважать?
Приведу дурацкий пример: вот, скажем, некто сошёл с ума и решил, что Великий Маниту приказал людям жить на дне моря. Прыгнул в море и утонул. Его нужно будет за это уважать? Почему?
передергиваешь
есть такое затертое слово - героизм. героизм в твоем понимании достоин уважения? не носитель его, заметь, а само явление?
Вот как раз и не очевидна
есть такое затертое слово - героизм.
Угу. Это к категории пользы. Скажем, араба, сбившего израильский вертолёт - или, скажем, спасшего Рантиси от спецназа с риском для жизни - вряд-ли мы назовём героем. Или всё-таки назовём?
не носитель его, заметь, а само явление?
Вот об этом я и говорю. Что не уверен, что это явление достойно именно уважения и именно в любом случае, каков бы он ни был.
не знаю, как ты, но я назову
то, что она сработала не в нашу пользу, ничего не меняет.
врага тоже надо уважать, стас. это помогает его понять и победить.
Re: не знаю, как ты, но я назову
анекдот аткой есть про вакумбу
типичный пример того, как можно уважать человека за принятое решение, не разделяя его идеи :-)
Re: анекдот аткой есть про вакумбу
а по теме я уже все сказал
Re: утюжишь потихоньку?
Очень красиво выглядит, если нечто оценивается человеком дороже собственной жизни. Но частенько это связано токмо с неуравновешенностью психики. Соответственно, уважать такого не получается.
no subject
У животных это тоже есть,например птица мать уводит охотника от своего гнезда, фактически жертвуя жизнью. Вообще, мне кажется, это непросто. Каждому хочется жить. И человеку, для того чтобы пожертвовать своей жизнью ради идеала, нужно проделать какую-то внутреннюю духовную работу. Эта работа может быть достойна уважения. Действительно, иногда такой поступок достигается промыванием мозгов. Действительно в жизни не всегда легко отличить одно от другого. Ну и что?
no subject
О. Может быть. А может - и не быть. Вот и я о том же.
так ептыть
no subject
Не даром такой кореной вопрос: "Ты меня уважаешь?"
no subject
"Умереть за идею" - типично политруковский дискурс. Вся это туфта гонится с целью нассать в уши бойцам, поднять боевой (корпоративный?) дух, внушить веру в святые идеалы, зомбировать, промыть мозг. Часто получается, поскольку технология не так уж сложна.
Варера - отличный экземпляр. Матёрый зомби, внушаемость 95%. :))
no subject
житияистории смертоубийства) - действие того самого самосохранения.Может ли человек продолжать жить, преступив через что-то святое для него? В только что прочитанном мною "Крестном отце" есть эпизод с акушеркой, которую заставили под страхом смерти сжечь новорожденного. После этого она уже не могла работать акушеркой, и фактически превратилась в собственную тень. В такой ситуации пожертвовать собой - не жертва, но следование своей человеческой природе.
Дилемма пострашнее - в "девятой печати" Формана, где человеку приходится переступить через свою натуру, готовую погибнуть, чтобы не разарушить свою моральный стержень - для того, чтобы продолжать выполнение миссии, которая для него важнее его выживания.
Эта дилемма, в контексте
жития, была у Софии. Но поскольку она была уверена в своих дочерях, то и у нее не было выбора "спастись".